...
Проверка на вирусы
Главная » 2016 » Декабрь » 5 » Он был патриотом Орехово-Зуева и России
12:34
Он был патриотом Орехово-Зуева и России

7 декабря с.г. исполнилось бы 105 лет со дня рождения нашего замечательного земляка, талантливого футболиста, участника Великой Отечественной войны, министра лёгкой промышленности СССР, Героя Социалистического Труда, ближайшего соратника Алексея Косыгина Николая Никифоровича Тарасова. Он прожил без малого сто лет. Родился в Орехово-Зуеве, в семье служащего Никольской мануфактуры Саввы Морозова. Корни министра Тарасова из старообрядческой деревни Ионово Орехово-Зуевского района. В 1960-80-е годы он всячески помогал землякам – способствовал развитию города, строительству жилья, поддерживал футбольную команду «Знамя труда», кинорежиссёра, народного артиста России  Леонида Марягина. С помощью Н.Н. Тарасова построены ДСК, больница и профилакторий на Исаковском озере, родильный дом, отбельно-красильная фабрика ХБК, осуществлено коренное техническое перевооружение всех предприятий Ореховского текстильного комбината. В городском историко-краеведческом музее открыта выставка, посвящённая почётному гражданину города Н.Н. Тарасову. Это высокое звание ему присвоено в год 80-летия Орехово-Зуева 17 сентября 1997 г. В этом году состоялся исторический турнир сборных команд ветеранов футбола Орехово-Зуева и Орехово-Зуевского района на кубок Н.Тарасова. Краеведы города и района поддерживают тесную связь с родными и близкими экс-министра, его сыном – доктором технических наук, ветераном космической отрасли Е.Н. Тарасовым и ветераном педагогического труда Р.П. Агаповой (Тарасовой). Готовится к выходу в свет книга воспоминаний о выдающемся патриоте России Николае Тарасове. Ждут своего часа наименование улицы в честь выдающегося земляка и открытие монумента в честь его памяти.

В молодые годы выпускник школы № 1 г. Орехово-Зуево Николай Тарасов с братьями Петром Тарасовым и Иваном Рыжовым успешно играл в ведущих футбольных командах Московской области и России, совмещая игру с работой на Ореховском текстильном комбинате. Большую роль в судьбе Тарасова сыграл премьер правительства СССР Алексей Косыгин, познакомившийся с начинающим руководителем фабрики в Орехово-Зуеве в 1939 г.

Бывший генеральный директор Ореховского ХБК им. К.И. Николаевой, почётный гражданин города и Московской области Б.А. Молодцов (1926-2007 гг.) вспоминал: «Мне было 12 лет, когда я впервые увидел Николая Тарасова на футбольном поле стадиона города. Атлетически сложенный молодой человек с одиннадцатым номером нга футболке запомнился мне грамотным общением с мячом, культурой ведения игры… Помню все вехи его пути к должности министра. Став в 1972 г. директором комбината, я не раз встречался с Николаем Никифоровичем. Будучи человеком высокой культуры, порядочности, человечности, он отлично знал текстильную отрасль, обладал феноменальной памятью. Его голова, как компьютер, хранила уйму цифр, касающихся отрасли, других сфер производства и жизни. Поэтому его невозможно было обмануть, неправильно проинформировать. За все эти качества его любили не только в аппарате Правительства. Простые рабочие запросто обращались к нему, находили с его стороны понимание и поддержку…»

Вот несколько знаковых фактов из биографии Н.Н. Тарасова:

председатель Государственного Комитета по Легкой Промышленности при Госплане СССР - министр СССР, 1962-1965 годы. Министр Легкой Промышленности СССР, 1965-1985 годы. Окончил Московский текстильный институт в 1935 году В 1942-1945 гг. -  служба в Советской Армии, участник Великой Отечественной войны. 1952-1953 годы - заместитель министра легкой промышленности СССР; 1960-1962 годы - заместитель председателя ВСНХ; 1962-1965 годы - председатель Государственного комитета по легкой промышленности при Госплане СССР - министр СССР; 1965-1985 годы - министр легкой промышленности СССР. Депутат Верховного Совета СССР VII-XI созывов; кандидат в члены ЦК КПСС - 1966-1976 годы; член ЦК КПСС - 1976-1987 годы; председатель постоянной комиссии СЭВ по легкой промышленности - 1965-1985 годы; председатель центрального правления Общества советско-корейской дружбы - 1965-1985 годы. Самые дорогие награды: Герой Социалистического Труда, три ордена Ленина, орден Отечественной войны, Премия имени А.Н. Косыгина. Продолжатели дела в семье: трое сыновей и внуки пошли своими жизненными путями Увлечения: в семье Н.Н. Тарасова все любили и любят спорт. До глубокой старости Николай Тарасов, как и его родной старший брат Пётр Тарасов (1907-1999), сохранял увлечение футболом. В молодости играл в разных командах, до конца жизни болел за ЦСКА. Любил собирать грибы. В 1950-60-е годы с супругой, Татьяной Васильевной, увлекались театром, особенно оперой и опереттой.

Строки из автобиографии, написанной 1 августа 2007 года:

 родился 7 декабря 1911 года в городе Орехово-Зуево. Отец, Никифор Никифорович, работал в строительном отделе на фабриках Саввы Морозова, а мать, Мария Сергеевна, была домохозяйкой. В семье было еще трое детей: Мария (1905 г.р.), Петр (1907 г.р.) и Анна (1909 г.р.). Отец был из крестьян. Когда началось строительство мануфактур и казарм для рабочих, он работал рядовым строителем, затем стал бригадиром, мастером, заведующим строительным отделом Никольской мануфактуры. От Саввы Морозова он получил квартиру в деревянном доме на Конном дворе. Здесь и проживала наша семья, когда я родился. После Октябрьской революции Никифор Никифорович работал заведующим строительным отделом Ореховских текстильных фабрик, а позже, с 1929 года, - на торфоразработках, где тоже заведовал строительным отделом. Детство мое прошло на Конном дворе, а в летнее время - у бабушки в деревне Ионово. В нашем дворе играли дети из казармы, где жили татары, обслуживавшие Конный двор С. Морозова, и обитатели наших домов. Жили дружно, без ссор. В деревне я помогал бабушке по хозяйству: в огороде, с курами, с дровами. Очень любил ходить в лес и собирать грибы, которыми славился наш край - в грибную пору мы всей семьей выезжали на телеге, чтобы заготовить их на зиму. В городе в мои обязанности входило поить и кормить скотину - мы держали корову, поросенка и кур. Я должен был освободить маму от ношения тяжелых ведер с кормом. Учился я в школе-семилетке, что была от нас за железной дорогой. По всем предметам оценки у меня были хорошие, но русский язык давался тяжело. Окончив семилетку, перешел в восьмой класс средней школы, но в 1928 году поступил в ФЗУ (фабрично-заводское училище) при Ореховском хлопчатобумажном тресте, где осваивал рабочую специальность ткача. В день мы четыре часа учились, а четыре часа работали на ткацких станках и получали за это зарплату. Мне удалось первым из учеников освоить работу на четырех станках. Когда я приносил домой свои 27 рублей, то мама была очень довольна. Осенью 1929 года я поступил на вечерние курсы подготовки в текстильный институт, которые действовали у нас на рабфаке. В мае 1930 года после успешной сдачи экзаменов на курсах я был зачислен студентом в Московский текстильный институт на отделение прядения, не окончив еще ФЗУ. Папа был этим очень огорчен, так как считал, что прядильщики все пьяницы. В то время это было очень близко к истине: условия труда в прядильных цехах были очень тяжелыми - высокая влажность, температура 50-60 градусов, целый день бегом. Работали там одни мужчины, из одежды - только трусы. Ну и «славились» прядильщики любовью к «зеленому змию». В конце XIX - начале XX века благодаря усилиям Саввы и Викулы Морозовых в селах Орехово и Зуево стало быстро развиваться текстильное производство в виде мануфактур, и возник город, объединивший эти два села. Большинство родственников и близких людей нашей семьи так или иначе были связаны с этими производствами, что и предопределило выбор профессии и образования. Но главным было влияние отца. С детства у меня возникло увлечение, которое сохранилось на всю жизнь, - футбол. Эту игру в Орехово привезли англичане, которые работали на Никольской мануфактуре Морозова. Ореховцы же оказались достойными учениками - в городе образовалось несколько хороших по тем временам команд: 1-й и 2-й прядильных фабрик, завода «Карболит» и др. В детстве мы с друзьями гоняли во дворе тряпичный мяч, а, повзрослев, стали играть за фабричные команды. С братом Петром у нас был неплохой «дуэт» нападающих: он - на левом крае, я - на правом. В нашей команде «Красный текстильщик» было много хороших футболистов, многие из которых потом играли в командах Москвы и Ленинграда: Иван Рыжов (мой двоюродный брат из деревни Ионово), вратарь Савинцев, левый край Шапошников и другие. Нередко к нам в Орехово-Зуево приезжали и московские команды «Спартак», ЦЦКА, «Динамо» для проведения тренировочных матчей. Эти игры собирали большое количество болельщиков и нередко заканчивались победой нашей команды. Отцу, Никифору Никифоровичу, мое занятие спортом не нравилось. Он считал, что футбол - это двадцать два дурака, гоняющих по полю мяч неизвестно для чего. Я обещал ему, что, когда поступлю в институт, прекращу играть. Но через месяц обучения меня лишили стипендии как сына служащего, и я вновь вернулся в футбол - стал играть за ЦЦКА, где мне оказывали материальную помощь, что позволило мне успешно окончить институт. Студенческие годы в моей жизни были очень интересными и насыщенными. Мы напряженно учились, охотно помогая друг другу. В текстильном институте преподавало много квалифицированных, опытных профессоров и преподавателей, которые давали нам глубокие, всесторонние знания и опыт. Мы много занимались комсомольской и общественной работой. Я по линии комсомола отвечал за спортивные мероприятия, проводимые в институте. Это были соревнования по футболу, баскетболу, волейболу, лыжам. Для лыж у нас был такой простор - выходи за Калужскую заставу (там, где сейчас площадь Гагарина), а там дальше - уже огромная заснеженная равнина... В эти годы у нас было много общественной работы. Часто нас приглашали на железнодорожный транспорт помочь в разгрузке вагонов, поступавших с материалами и продуктами на московские станции. Делали мы это с энтузиазмом и ничего за это не получали. Это была общественная работа. Летом мы студентами ездили на новостройки предприятий текстильной промышленности. Например, в Ногинске на строительстве гребенной прядильной фабрики мы получили большой опыт и знания монтажных работ, так как ставили, монтировали и запускали новое оборудование, начиная с голого помещения. В нашем институте была военная кафедра, на которой мы изучали военное дело. Два года в летний период мы выезжали в лагеря для практических занятий по военному делу. И когда я окончил институт, то получил звание младшего лейтенанта пехоты. Конечно же, все студенческие годы у меня были связаны с футболом. До 1934 года я играл за команду ЦДКА (Спортивный клуб "Центрального дома Красной армии"), потом меня и брата Петра пригласили во вновь созданную команду «Сталинец», но весной ее распустили, и мы с братом пошли играть в команду завода «Красный пролетарий», который находился недалеко от нашего общежития. В мае 1935 года, окончив Московский текстильный институт, я вернулся на родину в Орехово-Зуево инженером-технологом по хлопкопрядению и был направлен на 2-ю прядильную фабрику. Там я оказался первым специалистом с высшим образованием. Заведующий фабрикой, пригласив к себе на беседу, предложил поработать по неделе в каждом цехе фабрики и дать справки о том, что где не так и что нужно менять и исправлять. Так все и получилось: в результате, пройдя по цехам и подготовив по каждому список замечаний и предложений, я оказался в ремонтной бригаде, которая стала исправлять отмеченные мной недостатки. Затем месяц стажировался у старого сменного мастера, который учил меня не только технологии, но общению с текстильщиками. Потом стал работать самостоятельно сменным мастером, ну а дальше - заместителем начальника цеха, начальником цеха, заведующим фабрикой. Продолжались мои занятия футболом. Многие в городе знали меня не только как руководителя фабрики, но и как Колю-футболиста, капитана команды 2-й прядильной фабрики. Знали о моих футбольных достижениях и в Москве: Николай Петрович Старостин года полтора уговаривал перейти в «Спартак». В 1938 году я согласился и провел в выходные дни две игры, забив в составе «Спартака» один гол. Но потом игры стали проводить в будни. Совмещать работу на фабрике и игры в Москве уже было невозможно. Так закончилась моя «профессиональная» футбольная карьера, хотя играть я не переставал еще много лет. Весной 1941 года я был принят кандидатом в члены ВКП (б). А 23 июня 1941 года явился на призывной пункт для мобилизации в ряды Красной Армии. К этому моменту, после переподготовки, я имел уже специальность штурмана дальней авиации. Но офицер на призывном пункте мне сказал, что самолетов нет, и предложил служить начальником химслужбы аэродрома. Я в этом мало что понимал, отказался и был отправлен домой. Продолжилась работа на Ореховском комбинате, но это уже была совсем иная жизнь и другая работа. Производство перестроилось на военное время. Многие прядильщики и ткачи ушли на фронт, который приближался к Москве. Немецкие самолеты от столицы уходили вдоль Клязьмы и нередко сбрасывали оставшиеся бомбы на Орехово-Зуево. Поэтому мы дежурили на крышах фабрик и складов с хлопком и готовой продукцией, тушили зажигалки. По указанию райкома партии в лесу готовили партизанские базы с оружием и продовольствием. В самые критические дни битвы под Москвой получили приказ готовить фабрики к подрыву на случай прорыва фашистов. Но враг был отброшен от Москвы, и мой родной город почти не пострадал. В 1942 году я был призван в армию и направлен на курсы «Выстрел » изучать минометное дело, где после их окончания был оставлен в качестве преподавателя. Эти курсы размещались сначала в Тушине, а потом под городом Кимры. Там и прослужил до конца войны. Демобилизовался в декабре 1945 года в звании старшего лейтенанта. Приехал домой, как положено, за столом собралась вся родня. Это было 27 декабря. И тут раздался телефонный звонок - меня пригласили прибыть на следующий день в Москву, в наркомат текстильной промышленности. Там я получил назначение на работу главным инженером Дрезненской прядильно-ткацкой фабрики, что находилась в 8 км от Орехово-Зуева. Фабрика была в тяжелом положении: голодные люди не могли работать от недостатка сил, половина оборудования стояла. Первой задачей, которую мы стали решать, было накормить работников фабрики. С секретарем парткома ездили по деревням и меняли отходы производства на муку, картошку, другие продукты, организовали питание. Фабрика ожила, а через полтора года она вышла по объему выпускаемой продукции на предвоенный уровень. Меня же в марте 1948 года перевели на работу в Москву - главным инженером в Главмосхлоппром Министерства текстильной промышленности СССР. И началась моя четырнадцатилетняя «цыганская » жизнь по разным должностям: в Минлегпроме СССР, в Госплане СССР, во Владимирском и Всероссийском советах народного хозяйства. За эти годы я поработал на двенадцати должностях. В декабре 1962 года состоялось мое назначение председателем Государственного комитета по легкой промышленности при Госплане СССР - министром СССР, а в ноябре 1965 года я возглавил вновь созданное Министерство легкой промышленности СССР, которым руководил до июля 1985 года. Мерилом работы хозяйственного руководителя есть и будут цифры. Так вот, за четыре пятилетки моей работы в Минлегпроме СССР объем валовой продукции вырос в 3,5 раза, а численность работающих в отрасли с 3,25 млн. человек снизилась до 2,7 млн. человек. Можно привести еще много других показателей. Но думаю, что эти результаты достаточно красноречивы… Оглядываясь на свой жизненный путь и многочисленные свои перемещения по службе, я вижу в этом не случайные движения, а определенную систему, которую реализовывали партия и правительство. Большую положительную роль в этом играла партия. Недаром в те времена был такой лозунг: «Кадры решают все! » И кадры отбирали, готовили и продвигали. Ведь прежде чем стать министром СССР, я прошел все ступени производства - от ткача до заведующего фабрикой, работал главным инженером Главмосхлоппрома в Москве, начальником главка в Иванове, заместителем Министра легкой промышленности СССР, начальником Главлегпищеснаба министерства легкой и пищевой промышленности СССР, заведующим отделом Управления делами Совета Министров СССР, заместителем председателя Госплана СССР, заместителем председателя Владимирского совнархоза, помощником председателя Госплана СССР и заместителем председателя Всероссийского совнархоза. Это была такая школа народного хозяйства и управления различными его аспектами, о которой можно только мечтать! А провел меня по ступеням этой школы замечательный человек и руководитель - Алексей Николаевич Косыгин, под руководством которого я проработал много лет. Мне кажется, что он, проведя меня по многим должностям в правительстве и народном хозяйстве, тем самым готовил меня к руководству отраслью. Также, как И.В.Сталин вел его к посту Председателя Совета Министров СССР. Впервые мы встретились в 1939 году, когда на восстановленный после пожара главный корпус 1-й прядильной фабрики в Орехово-Зуево приехал А.Н. Косыгин, будучи наркомом текстильной промышленности. Монтаж установку и наладку нового оборудования выполнил ремонтно-механический отдел, которым я руководил. Алексей Николаевич знакомился с работой нового оборудования, а я давал ему объяснения, отвечал на вопросы, и, видимо, он меня запомнил. Скорее всего, в Дрезну в 1945 году, а затем в Главмосхлоппром я был направлен по его рекомендации. А вот в Иваново Алексей Николаевич направил меня лично, вызвав к себе в кабинет на разговор по этому поводу 31 декабря 1949 года в 23 часа (в министерстве все еще находились на рабочих местах). Мои доводы об отсрочке перевода для завершения работы над диссертацией оказались не принятыми: «Вы еще молодой, диссертацию защитите, а вот в Иванове главк разваливается, его надо выправлять. Вы уже опытный специалист и должны это дело выполнить!» Второй ивановский Главивхлоппром я выправил - по итогам 1950 года он стал победителем социалистического соревнования в министерстве, а вот диссертацию завершить так и не удалось. В конце 1951 года А.Н.Косыгин вызвал меня в министерство и предложил быть у него замом. Я согласился, а он послал меня на хозяйственную работу. В моем ведении оказался Главснаб, транспорт, другие хозяйственные службы, жилищно-бытовые вопросы. Так я проработал чуть больше года, затем в 1953 году начались реорганизации, и наши пути на время разошлись. Следующий период моей работы непосредственно под руководством А.Н.Косыгина приходится на 1959-1960 годы, когда я вернулся в Москву из Владимира и стал помощником председателя Госплана СССР, которым в это время был Алексей Николаевич. С 1962 года, став членом Правительства СССР, я вновь работал под его руководством вплоть до ухода Алексея Николаевича с поста Председателя Совета Министров СССР на пенсию. Что можно сказать об этом человеке? Он был исключительным! Простой, доступный, обаятельный, внимательный, Алексей Николаевич не проходил мимо ни одного нерешенного государственного вопроса, не оставлял без внимания ни одной личной просьбы! И в то же время он был требователен, тверд, а если нужно, то и жесток в решениях. В 1965 году, когда шло формирование нового правительства, которое возглавил Алексей Николаевич, меня пригласили на встречу с Л. И. Брежневым и А. Н. Косыгиным. Это было еще до заседания Политбюро, на котором прошло утверждение моего назначения. Мне был задан ряд вопросов о работе отрасли. А.Н. Косыгин спросил: «Как вы думаете построить структуру министерства?» Я подробно ответил, что принцип - отраслевой. Будут главные управления по каждой отрасли: хлопчатка, шерсть, лен, шелк, обувь, швея и другие. Плюс такие службы, как: планово-экономическая, капитального строительства, главный механик, финансовое управление, управление труда и заработной платы. «Очень хорошо. Это будет действенная структура!» - сказал Алексей Николаевич. Я думаю, что он сыграл решающую роль в моем назначении министром во вновь создаваемое министерство легкой промышленности. Я счастлив, что судьба подарила мне долгие годы совместной работы с этим замечательным человеком, для которого целью всей жизни было служение Родине, народу и партии. И мне выпала горькая участь проводить Алексея Николаевича в последний путь в декабре 1980 года, будучи членом государственной комиссии по организации похорон. Следует сказать, что в своей деятельности на посту министра, да и ранее, мне доводилось встречаться и работать со многими руководителями разного ранга, которые были настоящими специалистами в своем деле. Кирилл Трофимович Мазуров - первый заместитель Председателя Совета Министров СССР; Дмитрий Федорович Устинов - министр обороны СССР, секретарь ЦК КПСС; Иван Васильевич Капитонов - секретарь ЦК КПСС; Николай Константинович Байбаков - председатель Госплана СССР; министры СССР: Сергей Александрович Афанасьев, Василий Федорович Гарбузов, Николай Васильевич Голдин, Василий Николаевич Доенин, Леонид Аркадьевич Костандов и многие, многие другие. О каждом из этих людей можно рассказать много интересного и поучительного, так как они работали в эпоху создания и укрепления могущества нашей Родины. Ведь что значило быть министром СССР? Это была огромная ответственность за состояние промышленности, за решение всех социальных вопросов на предприятиях и в некоторых регионах, обеспечение потребителей необходимыми товарами. Шишек получали не дай Бог сколько! Мы несли полную ответственность за развитие отраслей и влияли на их экономическое развитие и на развитие страны в целом. Мы не были, как теперь нередко пишут и говорят, «техническими исполнителями партийной воли». В отношении промышленности и отраслей мы во многом определяли эту «волю», внося свои предложения, отстаивая их в партийных органах. А затем и выполняя принятые решения КПСС и правительства. В современной России все выглядит совершенно иначе. Мне трудно сравнивать министров советской эпохи с теперешними. Мы делали дело, управляли отраслями с реальными предприятиями, зная работу каждого и отвечая перед партией и правительством за эти предприятия. Каждый год ЦСУ СССР публиковало статистические отчеты, в которых давались результаты работы промышленности по отраслям со множеством показателей. Нынешних министров показывают по телевидению, они дают интервью и участвуют в различных шоу, но чем и как они руководят, непонятно, а результатов их управления нигде не найдешь. В лучшем случае объявят о росте каких-то абстрактных показателей в процентах. Легкая же промышленность низведена в современной России до положения нищенки. Многие предприятия не работают, многие уже просто не существуют. Даже мой родной Орехово-Зуевский хлопчатобумажный комбинат в самом сердце текстильной России не работает. А ведь в советские годы наша отрасль давала около 20 процентов доходов в бюджет государства. К счастью, есть у нас люди, которые бьются в тяжелых для отрасли условиях за ее выживание, подъем и возрождение. Многих я знаю и помню с времен работы министром. Это руководители крупных объединений, такие как президент Российского союза предпринимателей текстильной и легкой промышленности Борис Михайлович Фомин, руководители предприятий: ОАО «Московский шелк» - Александр Иванович Новичков, ЗАО «Красная Заря» - Надежда Георгиевна Калинина, ЗАО «Московская обувная фабрика «Парижская Коммуна» - Александр Александрович Никитин, ЗАО «Ивантеевский трикотаж» - Рита Васильевна Макарова, ЗАО «Донтекс» г. Шахты Ростовской области - Анна Яковлевна Игнатьева, председатель Роспрофтекстильлегпрома - Татьяна Ивановна Соснина и многие другие. Мне же в свои 95 лет остается пожелать им успехов в их нелегкой работе, помогать им словом и поддерживать морально в их борьбе. Для меня самого опорой в жизни была и остается моя семья, которая всегда была для меня надежным тылом. Первая моя супруга, Мария Васильевна, была замечательным человеком, работала инженером-энергетиком на Орехово-Зуевском хлопчатобумажном комбинате. Она рано ушла из жизни, оставив мне троих сыновей, младшему из которых не было еще и трех лет. Вторая супруга, Татьяна Васильевна, врач, прошедшая всю войну от начала до конца, взяла на себя воспитание детей и все домашние проблемы. Она делила со мной радости и трудности, создавая все условия для активной и плодотворной работы. Мы прожили с ней счастливо почти пятьдесят лет, но в 2002 году ее не стало. Мои сыновья пошли своими жизненными путями. Старший, Георгий, работал в Министерстве машиностроения для легкой и пищевой промышленности, затем в Минавиапроме, сейчас на пенсии. Два других сына, Алексей и Евгений, работают в оборонных отраслях промышленности. Все они уже люди немолодые, но сохраняют семейные традиции отношения к труду, к порученному делу. Мои старшие - внучка Галина и внук Николай работают, у них свои семьи; младшие - Костя учится в техническом университете, а Настя в этом году поступила на первый курс. Все мужчины в нашей семье любят спорт, сыновья в детстве и молодости активно им занимались. Я сам до сих пор сохраняю увлечение футболом. В молодости с удовольствием играл, теперь смотрю по телевизору, «болея» за ЦСКА и симпатизируя «Локомотиву», за который болеет младший внук. Любил раньше ходить в лес, собирать грибы. Этому меня в детстве научила бабушка...»
















 
Категория:  Добавил: starover | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar
Создать бесплатный сайт с uCoz